Борис Семенович Якоби

В своем письме Якоби говорит о «техническом значении» его способа получения «вольтаических копий», указывая на то, что теперь можно изготовить стереотипы из меди в любом количестве копий. Не менее важной является и чисто художественная сторона. «Благодаря этому способу, — подчеркивает Якоби, — все деликатные штрихи, которые являются главным достоинством и красотой таких произведений и которые обычно пропадают при отливке, могут быть сохранены; отливка же не в состоянии передать все детали в их чистоте. Художники будут чрезвычайно благодарны гальванизму, который открыл перед ними новую дорогу [Л. 4, стр. 333].
В ответном письме Фарадей писал: «Пластинки, которые Вы мне прислали, не только весьма приятны и лестны для меня, они прекрасны сами по себе в теоретическом и практическом отношениях. Все, кто бы их здесь ни видел, восхищались ими» [Л. 14, № 1, л. 129]. В этом письме Фарадей также дает высокую оценку и других трудов Якоби и, как равному коллеге, посылает ему экземпляр первого тома «Experimental Researches on Electricity»11.
В бумагах Якоби сохранились также письма Гумбольдта, Грове, Эрстеда.
Знаменитый естествоиспытатель XIX столетия А. Гумбольдт (1769—1859) в восторженных тонах описывал перспективы, которые открываются в связи с новыми достижениями Якоби. «Для меня, — писал Гумбольдт, — большая радость, глубокоуважаемый коллега, выразить Вам, хотя бы лишь в нескольких, при внешней помехе написанных строках, мою самую искреннюю благодарность за Ваше любезное письмо и Ваш великолепный подарок — «Описание гальванопластики». Это сочинение обладает достоинством полнейшей ясности и благороднейшей простоты изложения. Круг технических применений Вашего прекрасного, разумно осмысленного открытия расширился в громадной степени. Даже те, которые, повидимому, сомневались в его обще-практическом применении, сознали свое заблуждение и отдают полную справедливость гальванопластическому процессу. Но подобное открытие важно не только тем, что оно непосредственно производит; оно является началом, средством распространения научных сведений в тех слоях народа, куда они до сих пор не проникали. Оно возбуждает во всех слоях общества чувство почтения к тем лицам, которые в поисках истинного обретают общеполезное».
Английский ученый В. Р. Грове (1811—1896), известный в истории учения об электричестве своим гальваническим элементом (элемент Грове), был лично знаком с Якоби. Грове в своем письме напоминает Якоби их научные беседы и отмечает, что изобретенный им элемент может оказаться «полезным для гальванопластических опытов».
Эрстед, подобно Фарадею, воздавая должное гальванопластике («вызванное Вашим открытием искусство показало уже великолепнейшие плоды и обещает принести многообразные плоды как для художеств, так и наук»), не проходит мимо других трудов Якоби, которые представляются ему еще более значительными. «Я не могу, — писал он, — упустить случая, чтобы не заявить Вам, как высоко я ценю прочие Ваши гальванические работы.
Сочетание экспериментальной и математической солидности в этих исследованиях создают твердую почву для дальнейших открытий. Только такими трудами будет проложен путь к наивыгоднейшей конструкции электромагнитного двигателя».
Приведенные выдержки из писем Фарадея и Эрстеда, исследования которых легли в основу электротехники, ярко характеризуют отношение крупнейших ученых XIX столетия к Якоби.
Как уже отмечалось, изобретение гальванопластики оказало влияние на ход его основных исследований. Не будь этой победы, вряд ли удалось бы получить субсидии на изыскания в области электродвигателя в столь больших размерах и в течение столь длительного времени. Не окажи гальванопластика тотчас же после ее изобретения незаменимой услуги русскому правительству, царская казна оказалась бы не столь щедрой. А услуга эта была как нельзя кстати. В 1839 г. в России проводилась денежная реформа—ассигнации заменялись кредитными билетами,— и в печатании их гальванопластический способ воспроизведения гравюр оказался исключительно выгодным.
Прежде всего гарантировалось точное воспроизведение, а так же удешевление и ускорению процесса изготовления новых знаков и, что имело особо важное значение, новый способ затруднял подделку этих бумаг. Гальванопластика стала применяться не только для изготовления денежных знаков. Стало совершенно ясно, что она незаменима в деятельности так называемой «Экспедиции заготовления государственных бумаг». Отсюда понятен повышенный интерес высшего начальства к изобретению Якоби. Полученное им довольно высокое вознаграждение в 25 тыс. руб. обязывало его не патентовать, а публиковать свое изобретение, которое могло быть употреблено во всех тех случаях, когда оно могло оказаться полезным.
Это поручение Якоби выполнил, издав в 1840 г. книгу о гальванопластике [Л. 22], которая сразу же была переведена на немецкий, английский и французский языки (об этом сочинении и писал в упомянутом выше письме Гумбольдт). Согласно поставленному ему условию, Якоби должен был так составить свое сочинение, чтобы им смогли бы пользоваться и малоподготовленный читатель, особенно в вопросах учения об электрическом токе, или, как тогда говорили, гальванизме. На такого именно читателя и рассчитано произведение Якоби, который к тому времени имел уже опыт подготовки специалистов-электротехников, насколько этот термин применим для того времени.

11 Русский перевод этого тома издан Академией наук СССР в серии «Классики науки» в 1947 г, под редакцией Т. П. Кравца

Страница 11 из 14«««7891011121314»»»
Опубликовано: 27 Ноября, 2014  23:28 Просмотров: 8397 Печать
Поделиться
Значки
Быстрый выбор издания
Поиск по сайту
Поиск по оглавлениям журналов